Skip to content

Переводы из Гейне

! Я знал, что здесь мои промчатся годы, И я не ждал ни славы, ни побед. Пока друзья храпели беззаботно, Я бодрствовал, глаза вперив во мрак. В иные дни прилег бы сам охотно, Но спать не мог под храп лихих вояк. Порой от страха сердце холодело Ничто не страшно только дураку! Ружье в руке, всегда на страже ухо - Кто б ни был враг, ему один конец! Вогнал я многим в мерзостное брюхо Мой раскалённый, мстительный свинец. И враг стрелял порою Без промаха - забыл я ранам счет. Мое слабеет тело, Один упал, другой сменил бойца Но не сдаюсь, еще оружье цело И только жизнь иссякла до конца.

Рыцарь свободы (о Генрихе Гейне)

Как часовой, на рубеже Свободы Лицом к врагу стоял я тридцать лет. Я знал, что здесь мои промчатся годы, И я не ждал ни славы, ни побед. Пока друзья храпели беззаботно, Я бодрствовал, глаза вперив во мрак.

Если что, Гейне до сих пор наше всё."Как часовой, на рубеже свободы Порой от страха сердце холодело (Ничто не страшно только.

От беса — то, что манит выше! Мир воротился в отчий дом, Как ласточка под сень знакомой крыши. Все спит в лесу и на реке, Залитой лунными лучами. Выстрел вдалеке, — Быть может, друг расстрелян палачами! Быть может, одолевший враг Всадил безумцу пулю в тело. Вновь треск… Не в честь ли Гете пир? О милый Франц, он жив! Он не заколот в бойне дикой, Не пал среди венгерских нив, Пронзенный царской иль кроатской пикой. Пусть кровью изошла страна, Что ж, дело Франца сторона, И шпагу он не вынет из комода.

Он жив, наш Франц! Когда-нибудь Он сможет прежнею отвагой В кругу своих внучат хвастнуть: Опять звучит в душе моей, Как шум далекого потока, Песнь о героях прошлых дней, О Нибелунгах, павших жертвой рока.

От беса - то, что манит выше! Мир воротился в отчий дом, Как ласточка под сень знакомой крыши. Все спит в лесу и на реке, Залитой лунными лучами. Выстрел вдалеке, - Быть может, друг расстрелян палачами! Быть может, одолевший враг Всадил безумцу пулю в тело. Вновь треск… Не в честь ли Гете пир?

Смертный в смертном мире, человек истории есть дитя страха смерти. .. размышления И. А. Ильина: в книгу «Поющее сердце» (Мюнхен, ) он включил «Письмо о смерти» и Порой насмешливо в окно глядишь на них Умрет Шелли, Гейне8, Пушкин – ни один лист на дереве не содрогнется.

От боли веселый мой нрав зачах, Ведь я уже меланхолик! Кончай эти шутки, не то из меня Получится католик! Тогда я вой подниму до небес По обычаю добрых папистов. Не допусти, чтоб так погиб Умнейший из юмористов! Мой день был ясен, ночь моя светла, Всегда венчал народ мой похвалами Мои стихи. В сердцах рождая пламя, Огнем веселья песнь моя текла. Цветет мой август, осень не пришла, Но жатву снял я, — хлеб лежит скирдами. Покинуть мир с его дарами, Покинуть все, чем эта жизнь мила!

Ей не поднять бокала золотого, Откуда прежде пил я своевольно. О, как страшна, как мерзостна могила Как сладостен уют гнезда земного! И как расстаться горестно и больно! Я знал, что здесь мои промчатся годы, И я не ждал ни славы, ни побед. Пока друзья храпели беззаботно, Я бодрствовал, глаза вперив во мрак.

Немецкий романтизм

Тот знает и обо мне. И многие вместе со мною Грустят в немецкой стране. Перевод Вильгельма Вениаминовича Левика, причём более ранняя версия. Правда, более известен перевод этого стихотворения, сделанный Самуилом Яковлевичем Маршаком, но, мне кажется, он уступает левиковскому. Впрочем в поэтическом переводе, как в математике при использовании метода последовательных приближений, после какого-то числа сделанных переводов разница между лучшими из них часто становится всё менее значима, пока иногда счастливым случаем — эвристическим озарением, интуитивной догадкой, вдохновением подстать авторскому - не появится перевод, выходящий на новый уровень и вытесняющий своих предшественников.

И дело не в одной только стихотворной точности, но и в совпадении мировосприятия, мирочувствования.

Порой от страха сердце холодело (Ничто не страшно Что в принципе по смыслу было одно и то же с бессмертным творением Гейне.

Левика Предисловие Я написал эту поэму в январе месяце нынешнего года, и вольный воздух Парижа, пронизавший мои стихи, чрезмерно заострил многие строфы. Я не преминул немедленно смягчить и вырезать все несовместимое с немецким климатом. Тем не менее, когда в марте месяце рукопись была отослана в Гамбург моему издателю, последний поставил мне на вид некоторые сомнительные места. Я должен был еще раз предаться роковому занятию — переделке рукописи, и тогда-то серьезные тона померкли или были заглушены веселыми бубенцами юмора.

В злобном нетерпении я снова сорвал с некоторых голых мыслей фиговые листочки и, может быть, ранил иные чопорно-неприступные уши. Я очень сожалею об этом, но меня утешает сознание, что и более великие писатели повинны в подобных преступлениях. Уж скорее я мог бы сослаться на Сервантеса и Мольера: Но с еще большим прискорбием я предвижу галдеж фарисеев национализма, которые разделяют антипатии правительства, пользуются любовью и уважением цензуры и задают тон в газетах, когда дело идет о нападении на иных врагов, являющихся одновременно врагами их высочайших повелителей.

Стихотворения. Поэмы. Проза

Вижу ямочки две, краше светлого дня, На щеках, точно солнышко, ясных — Это бездна, куда увлекал так меня Пыл желаний безумных и страстных. Вот и милых кудрей золотая волна, Вниз бегущих с чудесной головки: То волшебная сеть, что соплел сатана, Чтоб отдать меня в руки плутовки. Вот и очи, светлее волны голубой, В них такая и тишь и прохлада!

Анн (); Вздымаются светлые мысли В растерзанном сердце моем, И падают АБ (I,); П. – неизменный спутник страха, И самый страх есть чувство пустоты. . ОМ (), (); ПАМЯТИ Г. ГЕЙНЕ Загл. Цв ПЕРЧАТКА Так беспомощно грудь холодела, Но шаги мои были легки.

И нет на свете звуков Роднее этих, знай! И скальд выступает на царскую речь, Под мышкою арфа, на поясе меч. Тобою, могучий, забыта она? Ты сам ее в лесе дремучем сложил, Та песня: Есть песня другая, ужасна она; И мною под бурей ночной сложена: Пою ее ранней и поздней порой, И песня та: Жуковского Когда-то гордый замок стоял в одном краю, От моря и до моря простер он власть свою.

Вкруг стен зеленой кущей сады манили взор, Внутри фонтаны ткали свой радужный узор.

Презентация"Генрих Гейне. Жизнь и творчество"

Завидовать жизни любимцев судьбы. Гейне родился в году в городе Дюссельдорфе, в семье небогатого купца. Он прожил большую, сложную жизнь, и не менее сложным был его путь как писателя. Молодым человеком он покинул свою родину и уехал во Францию, чтобы там продолжать борьбу за свободу и демократическое единство Германии.

новенно молчал, глядя на огонь, но порой вставлял словечко, всегда умно и .. был урок. С замирающим сердцем вошла я в будуар и, пробираясь за уче- А до тех пор она не хочет показываться с тобой из страха, что ты не тот шина и Н. Языкова, переводы «Флорентийских ночей» Гейне и прозы.

Но нет Востока, и Запада нет, что племя, родина, род, Если сильный с сильным лицом к лицу у края земли встает? Камал бежал с двадцатью людьми на границу мятежных племен, И кобылу полковника, гордость его, угнал у полковника он. Из самой конюшни ее он угнал на исходе ночных часов, Шипы на подковах у ней повернул, вскочил — и был таков. Но вышел и молвил полковничий сын, что разведчиков водит отряд: Проскачет он в сумерки Абазай, в Бонаире он встретит рассвет И должен проехать близ форта Букло, другого пути ему нет.

И если помчишься ты в форт Букло летящей птицы быстрей, То с помощью Божьей нагонишь его до входа в ущелье Джагей. Но если он минул ущелье Джагей, скорей поверни назад: Опасна там каждая пядь земли, там люди Камала кишат.

Научный форумПоэзия Гейне

Забытый часовой в Войне Свободы, Я тридцать лет свой пост не покидал. Победы я не ждал, сражаясь годы; Что не вернусь, не уцелею, знал. Я бойким свистом или песнью злою Их отгонял от сердца моего. Как раз дрянное брюхо Насквозь горячей пулей просажу. Кровь течёт; слабеет тело. Но я не побеждён:

него от обиды и от волнения колотится сердце и темнеет перед глазами И вдруг, почти исполняю ради животного страха жизни приказания, которые мне кажутся порой жестокими .. у Гейне:"Она была достойна любви, и он любил ее, но он был недостоин любви холодевшие пальцы. И теперь он.

Я не ждал ни славы, ни побед, Пока друзья храпели беззаботно. Я бодрствовал, глаза вперив во мрак, В иные дни прилег бы сам еще Я не ждал ни славы, ни побед, Пока друзья храпели беззаботно. Я бодрствовал, глаза вперив во мрак, В иные дни прилег бы сам охотно, Но спать не мог под храп лихих вояк. Порой от страха сердце холодело Порой от страха сердце холодело, Ничто не страшно только дураку.

Для бодрости высвистывал я смело Сатиры злой звенящую строку.

Генрих Гейне - Стихотворения. Поэмы. Проза

Решение 1 В каком фильме не знаю, но с удовольствием постою в очереди - послушаю. -"смертник" - он написал его, будучи уже неизлечимо больным, за несколько лет до смерти. Кстати, самый первый перевод на русский язык был сделан смертельно больным каторжником Михайловым.

Колобаева «По ту сторону страха и Жалости». .. [Ашимбаева Н.Т. Сердце как образ лирики И. Анненского Психолог замечает, что «в противовес той прочной ассоциации (а порой и как Еврипид, Гейне, Гоголь, Лермонтов, Достоевский). Смысл Так беспомощно грудь холодела.

Рим часто тиранов своих пожирал. Но что нам до римлян? Мы курим табак, мы — племя иное и мыслим не так. Свой гения символ имеет страна — вот Швабия клецками, скажем, славна. Мы, немцы, душевны и смелы в одном: Потом просыпаемся, жаждой томясь, но жаждой ли крови имеющих власть? Подобно дубам, все мы верой тверды, как липы, довольны собой и горды.

Антология одного стихотворения: ГЕНРИХ ГЕЙНЕ « »

Все хорошие философы хороши по-разному, все плохие — плохи одинаково. Гейне один из тех, кто не только покорил свое время , но и вторгся глубоко в будущее, став спутником духовной жизни человечества. О нем можно сказать, что ни до, ни после него не было поэта-философа, сходного с ним, хотя у него были и предки и потомки. Вместе с тем этой романтической, хотя и далеко не безобидной, книгой он, к удовольствию ее либеральных поклонников, ревнителей общественного спокойствия, не вызвал бы против себя Столетней войны, отголоски которой слышны еще сегодня.

В этой ожесточенной войне кондотьеров реакции и мракобесия, вроде Меттерниха и Геббельса, с кинжалом в одной руке и факелом в другой, всегда окружали сонмы вооруженных перьями подручных.

Порой он даже задавался вопросом, есть ли его ерничанье своего рода . продавший свой талант и бежавший на Таити, где теперь, с разбитым сердцем чувством почтения и страха: многие из тех, кто прошел через его руки, Кон узнал стихи Гейне. «Старинная сказка одна.

. ! Поэт, страдающий и физически и духовно, сохранил волю к борьбе, веру в победу над реакцией. Но боевитости в нем действительно хватает. Правда это боевитость обреченного. Стихотворение было написано неизлечимо больным Гейне когда Гейне уже три года не мог выйти на улицу, за пять лет до смерти. Гейне умирал в страшных мучениях: Плоть моя до такой степени измождена, что от меня не осталось почти ничего, кроме голоса, и кровать моя напоминает мне вещающую могилу волшебника Мерлина..

Рудники надломили его и без того не очень крепкое здоровье. Жить поэту переводчику оставалось менее года. То есть был он к смерти куда ближе, чем автор стихотворения. Забытый часовой в Войне Свободы, Я тридцать лет свой пост не покидал. Победы я не ждал, сражаясь годы; Что не вернусь, не уцелею, знал.

Snow Falling On Cedars

Published on

Жизнь вне страха не просто возможна, а совершенно доступна! Узнай как избавиться от страхов, кликни здесь!